Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
Вернулась с прогулки. После сегодняшнего похода в "Шоколадницу" мне нужно неделю на строгой диете сидеть Вуд, как обычно, самый-самый Сходили в магазин всяких эзотерических штук, теперь у меня из сумки пахнет сандалом и пачули Плохая новость - Вуд вернется в Питер как раз к моему отпуску, так что мы не увидимся аж до сентября. Хорошая новость - я дописала винцестное ПВП *убежала дальше работать*
Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
Знаю, что у всех три выходных, а у меня самый настоящий аврал Скорее бы на работу, что ли, а то мне некогда на дайри сидеть А, не, на работу же завтра Я теперь просыпаюсь по будильнику, срываюсь и бегу в ванную, по пути думая, а куда, собственно, мне надо сегодня. Мне за такую вредность уже молоко полагается. Но лучше деньгами Сейчас делаю кое-какую халтурку, мозг свободен, а руки - заняты. А в мыслях винцестное ПВП Теперь бы освободиться настолько, чтобы записать это. А вообще, выходной) Поэтому я меняю "надо" на "да-да, обязательно" и еду гулять с Вудом
Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
Отпуск от дайров, да и самих дайров пошел мне на пользу) Побывала на бета-версии. Мда... Мне это напомнило американские фильмы-катастрофы, где все плохо и все мародерствуют Простите) Мне не понять) Так вот. С радостью сообщаю, что Демоны практически закончены. Осталось практически... Впрочем, не буду спойлерить) Сами прочитаете) Фик будет выкладываться кусками по мере доработки и бетинга. Огромная просьба не дергать мою бету вопросами "когда прода?". Спасибо за понимание) Если кому-то будет нужно, после окончания залью фик вордовским файлом.
Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
На дайри в воздухе витает предчувствие катастрофы Это забавно и, вместе с тем, немного грустно. Хотя до воскресенья у меня все равно не получилось бы вырваться. У меня есть аська, есть почта, В Контакте я тоже есть. Это не намек, если что) Твиттер создавать не буду - некогда. Да и должны же вы хоть немного от меня отдохнуть) А потом я вернусь, и снова будет поток сознания и фики)
Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
Пока не вернулась, но не писать не получается, так что...
Название: Обращение Автор: Aya-sama Бета: Verlorenes Kind Пейринг: Майкл/Том Рейтинг: R Жанр: романс Размер: мини Дисклеймер: не претендую Все герои являются совершеннолетними. Размещение: только с моего разрешения Саммари: Они оба знают, как это опасно, но Том слишком хочет быть человеком. Вбоквел к фику "Имя тебе искушение" Посвящение: моему самому лучшему Сэмми, моему ридеру и просто человеку, сделавшему для меня очень много, Angel_of darkness просто так
читать дальшеЧем больше Майк думал об этом, тем сильнее нервничал. Том сидел на кровати, скрестив ноги по-турецки, и задумчиво изучал книгу. Он сидел так уже больше часа, с тех пор, как они пришли от Джея. Он думал о словах, сказанных инкубом, и с каждой минутой эта идея казалась ему все безумнее. - Не нервничай так. У тебя сердце колотится, как бешеное, меня отвлекает, - оторвался на секунду от толстого фолианта Том и внимательно взглянул ему в глаза. - Все пройдет хорошо. - Демоны лгут, - хмыкнул Майк, но на самом деле ему было совершенно не весело. - Ты не можешь быть уверен в том, что может произойти. Тот инкуб, Дженсен, он ведь сказал, что ты можешь просто исчезнуть. Это ведь может случиться? - Откуда мне знать? Может, и так. Дженсен живет на несколько тысяч лет дольше меня, - суккуб пожал плечами, встал, подошел к его креслу и опустился рядом на колени. Когда тот оказывался так близко, у Майка привычно путались мысли, но он изо всех сил старался удержать нить разговора. - Давай не будем рисковать. Мы ведь можем оставить все, как есть... - И убить тебя? - Тома явно раздражала его непонятливость. - Ты плохо выглядишь, Майк. Да-да, ты все такой же потрясающий и убийственно-сексуальный. Не смотри так на меня, ты же знаешь, что я могу читать твои мысли, если захочу. Но у тебя уходит достаточно много времени, чтобы восстановиться, а мне приходится сдерживаться. Ты хоть знаешь, сколько сердец остановилось из-за меня? И я... просто не могу позволить тебе стать одним из них. - Но есть ведь самый страшный вариант - если ты превратишься в девчонку с большими сиськами. Мне ведь придется каждый раз напиваться, чтобы тебя трахнуть, - в притворном ужасе распахнул глаза Майк. И это сработало - напряжение отступило. - Придурок, - фыркнул Том и стукнул его по колену. - Пойдем вниз, тебе надо перерисовать пентаграмму и прочитать заклинание. - Может, не надо? Я тебя здесь подожду, - попробовал увильнуть он, но демон лишь снова усмехнулся и, подхватив книгу, отправился вниз. Тот снова был нагишом, хвост ходил из стороны в сторону, и Майк мог бы сколько угодно обманывать себя, но не реагировать было невозможно. Он поймал Тома внизу, прижал к стене и отчаянно поцеловал, так, будто это их последний раз, и тот ответил с такой же безумной жадностью. А потом потянул его на пол, забрался на колени и добрался до ширинки. Пока суккуб, обхватив оба члена, ерзал и быстро двигал ладонью, он гладил все, до чего только мог дотянуться и не мог поверить, что все, все это для него. - Кажется, этого не было в ритуале, - устало усмехнулся Майк, а демон выгнулся и довольно облизнулся. - Будем считать это приятным бонусом, - заявил тот. - Пойдем уже, пока мой голод немного притупился. Единственным минусом суккуба, который буквально выводил из себя, была его неутомимость. Интересно, останется ли это, когда тот превратится в человека? О том, что все может пойти не так, он старался даже не думать. Том ползал на четвереньках по полу, вырисовывая мелом неизвестные символы. - Ты можешь делать это помедленнее? - поинтересовался Майк, усаживаясь на диван. Демон обернулся через плечо и понимающе ухмыльнулся. - И кто из нас ненасытный? - закатил глаза демон. - Давай, прочти заклинание про себя и скажи мне, есть ли какие-то труднопроизносимые слова. - А нам обязательно... - начал он, но Том его решительно его перебил. - Клянусь, если ты еще раз спросишь, обязательно ли нам проводить этот чертов ритуал, я стану натуралом и больше никогда тебе не дам, - пообещал он, и это было весьма пугающе. Майк очень старался, чтобы голос не дрожал, пока он читал заклинание. Но когда Том вдруг на мгновение исчез из пентаграммы, он так запаниковал, что едва смог закончить. - Получилось? - неуверенно спросил парень, когда все закончилось, и поднялся. - Не знаю. Попробуй расправить крылья, - предложил он и увидел, как на мгновение напрягся Том, прежде чем улыбнуться широко и радостно. Они стояли напротив, не решаясь коснуться друг друга, а потом бывший суккуб протянул руку. - Привет, я Том. Майк рванулся навстречу, притянул его за шею к себе и замер так - глаза в глаза и ошалело улыбаясь.
Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
Уважаемые читатели! Особенно новенькие. Не нужно подписываться на этот дневник, если вы не открываете мне свои. Если вы считаете, что это в порядке вещей, подписывайтесь на архив, в противном случае я вас отпишу. И подписываться на мой дневник, не добавляя его в Избранное, тоже не нужно. Я достаточно терпелива, но отписываю в один день. Пожалуйста, не заставляйте меня чувствовать себя Мировым Злом.
Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
Последние полчаса на работе. Невыносимо. Выпустите меня отсюда! А-а-а! *соберись, тряпка* Мучительный выбор между тем, чтобы сделать человеку в реале доброе дело, и написанием фика. Который, наверное, тоже доставит удобольствие одному человеку. Хочется только упасть и уснуть. А самый тяжелый рабочий месяц только начался
Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
Название: Пастушка Дженсен и серый волк Авторы: Aya-sama и Дон Жуан де Марко Пейринг: Джаред/Дженсен Рейтинг: NC-17 Предупреждения: кроссдрессинг, Джаред а-ля werewolf Саммари: ничто не предвещало, как говорится, или чем закончился спор с Томом. Все герои являются совершеннолетними.
Спасибо моей любимой Дон Жуан де Марко, без нее этого феерического безумия не было бы! Идея и исполнение принадлежит нам обеим - пополам)
Скотина – Том жрет так, что Дженсену тоже хочется, а еще хочется в туалет, потому что пиво уже не умещается в нем, да и пить вверх ногами оказывается не так просто, как казалось раньше, когда Эшли, подтрунивая над ним, уломала их с Томом на этот дурацкий спор. Дженсен давится – никогда не любил пиво, - но победить хочется до зуда в паху. Он с удовольствием посмотрит на то, как Том поцелует миссис Петтифер – старушку с клюкой из последнего дома.
Допить не получается, Дженсен сплевывает остатки и сталкивает Тома с подмостка, когда тот отпускает его щиколотки.
- Урод, - морщится Дженсен, когда Эшли с Майком заканчивают ржать во все горло, распугивая приезжих из соседней деревни на местную ярмарку.
- Мы ведь договорились? – Том, отсмеявшись, наклоняется к Дженсену, мокро выдыхая ему условия спора прямо в ухо. От него несет пивом и чем-то сладковатым – за углом толстушка Моника продает огромные леденцы, прямо из печи.
- Это обязательно?
- О да, - тянет Том, хватая за щеку Эшли, не успевшую свалить, как Майк, в бар у Джимми.
Дженсен не понимает, как мог согласиться на это.
- Отвернись, - шипит он на Тома, неохотно стягивая с себя брюки. Никогда раньше они не казались настолько удобными. Черт дернул согласиться на спор, не зная условий до рукопожатия. Том ведь тот еще засранец, никогда не упустит шанса извратить все своими игрищами. Теперь Дженсен должен надеть это, иначе завтра придется вальяжно пройтись по деревне голым, как объяснил Том, закинув руки за голову.
- Мы выросли вместе, - бросает Том, закусывая губу, как обычно делает при девчонках – те клюют на это, словно рыбы на толстенного червяка, - чего я там не видел?
- Заткнись, и без тебя тошно, - воет Дженсен, изворачиваясь, чтобы платье бывшей пастушки Мэри – самой крупной в деревне – нормально село на него.
- Правда, что между ног приятно обдувает? – ржет Том, лежа на соломе в углу ангара, куда они забрались, чтобы Дженсен переоделся. – Поделись с классом.
Тут рядом лес и дом сестры миссис Петтифер, а у нее целое стадо овец, с которым Дженсен потащится в лес, разыгрывая примерную пастушку. Том даже посох нашел.
- Надень и проверь сам, - равнодушно пожимает плечами Дженсен, сейчас ему все жмет, и мысли об этом неудобстве отвлекают от ненависти к Тому. – Панталоны тоже? – ужасается он, представляя, как будет смотреться со стороны.
- Или это, или завтра Эшли увидит то, о чем давно мечтает, - расплывается в улыбке Том. – Жди меня здесь, я позову Майка.
- Мы так не договаривались, - рычит Дженсен, прокатывая ткань по ноге – и, черт его задери, это ужасно приятно, даже возбуждающе, подол платья приподнимается, и Дженсен тут же замолкает, уже мечтая о скором уходе Тома.
- Только Майк, - обещает Том, выскальзывая наружу, - Эшли оставим дома.
Дженсен переводит дух, когда дверь за Томом с громким скрипом закрывается наглухо, не оставляя просвета, приходится шарить в темноте и наугад затягивать ногу в гладкую тянущуюся ткань. Том постарался на славу, все ради спора. Даже белокурый парик, хотя это, кажется, лишнее. Дженсен ужасно хочет увидеть себя со стороны, но зеркала поблизости нет, остается только выйти за дверь, лунный свет тоже подойдет.
Оказывается, он смотрится неплохо, сексуально, даже слишком. Надо бы успокоиться, иначе Том с Майком засмеют его, а потом еще не раз припомнят, как у него встало на самого себя в юбке и панталонах.
Овцы резво выбегают из загона, так что Дженсену приходится собирать их в кучу и вести в лес. Том найдет его, ждать Дженсен не хочет – кто-нибудь может пройти по тропинке, в лесу безопаснее, дурная слава ни к чему.
- Пошли! – кричит он овцам, загоняя в темноту леса.
Джаред разминает плечи и вздыхает. Каждый раз после полнолуния он с трудом вживается в собственное тело. Вся кожа зудит, а луна ухмыляется ему с неба, так и хочется встать на четвереньки и завыть. Чертово проклятье не дает возможности жить так, как все. Устраивать походы, как те парни, что иногда появлялись в его лесу, трепаться о девчонках у костра, хотя те нагоняли на него тоску, да даже овец пасти!
Вот, кстати, об овцах. Джаред замирает и втягивает воздух. Почудилось, или действительно ветер принес знакомый запах? Если бы заблудшей овечке не посчастливилось встретиться с ним в полнолуние, от нее остались бы одни воспоминания. Но с животными инстинктами сложно совладать.
Он по-собачьи трясет головой, отгоняя наваждение. Не иначе, галлюцинации от голода начались. Откуда овцам взяться ночью в лесу? Блеяние раздается все отчетливее, и он жалеет, что в человеческом обличье у него не такой острый нюх. Может быть, он бы учуял Ее?
Сколько Джаред себя помнит, это проклятье было с ним всегда. Кажется, родители разозлили какую-то ведьму. Да. А может, это вирус какой-то. Главное, что он знает, - снять проклятье может только любовь пастушки. Такое вот глупое предсказание. Спина чешется, и он скребет ею о ствол дерева, лениво размышляя, как все было бы просто, если бы в их краях были пастушки. Пока же все, что может предложить ему деревня, - престарелая фермерша и ее муж. Не хочется даже представлять, как он добивается их любви.
Он прячется за ель, когда улавливает топот копыт и совсем не девичью поступь. По тропинке, вполголоса ругаясь, идет самая настоящая пастушка, погоняя знакомое стадо. Животная сущность Джареда напрягается. Вот оно. То избавление, которое он ждет столько времени.
Овцы разбегаются, почуяв его скрытую натуру, а девушка, довольно крупная кстати, дергается в сторону, когда он появляется перед ней. Наверное, не самое разумное решение знакомиться вот так, но его животная сущность одерживает верх, и вот он уже на четвереньках и тычется носом под юбку пастушки.
Дженсен не может сообразить сразу. Кажется, перед ним Том – темные волосы, целая копна, даже в лунном свете Дженсену не разобрать, кто это, зато дикий страх уже ползет по позвоночнику, пробираясь все ниже, туда, где нет нормального белья, только накрахмаленный подол и обдуваемый ветерком теплой ночи стоящий колом член.
Нет, нет, нет, Том не стал бы. Даже самые безумные выходки кончались не так. Том по бабам, обычно он сплевывает на сырую землю, завидя пастуха Тода, заходящего к сыну молочника через заднюю дверь.
Дженсен отбивается изо всех сил, когда понимает, что перед ним на коленях какой-то чертов извращенец, до боли сжимающий его бедра – ради спора Дженсен побрился: долго стоял в ванной матери с бритвой, не решаясь начать.
Парень издает глухой звук, рычание, и на Дженсена накатывает огромная, сбивающая с ног, волна ужаса и острого возбуждения. Кажется, они валятся на землю, Дженсен не может пошевелиться под напором незнакомца, тот обнюхивает его. Жар стыда разливается по щекам. Его обнюхивают, и где…
Между ног совсем жарко, Дженсен почти верит в сверхъестественные способности парня – вызывает стояк одним присутствием, это точно.
- Раздвинь ножки, - слышит он сквозь гул в голове. Надо же, голос приятно срывается на утробный глухой стон, и Дженсену неожиданно нравится. У этого парня клыки, такие заостренные, ими он подцепляет край пантолонов и до ужаса долго тянет вниз, так что ткань трещит, потому что он не помогает руками, все хочет сделать так, по-животному. Прямо сейчас, лежа на сырой земле, Дженсен просто должен вырываться, кричать, делать хоть-что-нибудь. Здесь где-то Том с Майком, но ему почему-то не хочется, даже Майка с Томом не хочется рядом, чтобы не видели, чтобы дали побыть на земле под незнакомым парнем еще немного. Это ненормально, Дженсен краснеет уже всем телом, когда снизу, из-под подола, где невыносимо жарко от мокрого шершавого языка, доносится удивленный стон.
Девушка пахнет странно, по-мужски, но Джареду так даже больше нравится. Он с жадностью втягивает этот запах, скользит носом вдоль гладкого, сильного бедра. Кружевная ткань панталон ползет вверх, и он пытается проследить ее путь, не встречая сопротивления.
Джаред просит пастушку раздвинуть ноги и глухо рычит, когда та не торопится ему помочь. Он слишком спешит, действует напористо, но не чувствует страха, только жар ответного возбуждения. И от этого он теряет контроль. Жадно вылизывает внутреннюю сторону бедра, цепляет зубами кружева и тащит вниз. Свободные панталоны сползают, и тут его ожидает сюрприз.
Судьба в очередной раз смеется ему в лицо. И он уже готов истерически хохотать, потому что единственная пастушка, вдруг появившаяся в их краях, способная снять с него проклятье, оказывается парнем. Джаред рычит, ему стоит прекратить все прямо сейчас, но этот странный парень, похоже, любящий надевать женскую одежду, совершенно не сопротивляется и так странно на него действует. Аромат его возбуждения пьянит посильнее однажды испробованного Джаредом вина. И он думает, а почему бы и нет? Даже если ничего не получится, он хотя бы избавится от этого давящего чувства.
Панталоны уже лежат рядом аккуратной горкой, и Дженсен не знает, как на это реагировать, он видит только край такой же кружевной юбки, задранной едва ли не на голову. Елозит задом по земле, чувствуя все эти немного неловкие попытки к нему прикоснуться. У парня теплые ладони, и, когда он разводит ими ягодицы Дженсена, тот, откинув голову с громким, каким-то удивленным стоном, разводит ноги шире, краснея от собственной податливости.
Наконец парень нависает над ним. Дженсену надо его видеть, чтобы не представлять больше Тома с этой его копной волос. Парень не выглядит агрессивным, но вот… изголодавшимся, что ли. Дженсену интересно, почему он пытается все это осмыслить, и понимает, что этот секс войдет в разряд самых нелепых в его жизни.
- Джаред, - шепчет парень, нервно усмехнувшись, заметив неуверенность на лице Дженсена. У него нет никаких сил сейчас знакомиться, в паху зудит – в деревни нет нормальных парней, с которыми можно запереться в амбаре на целый день и устроить секс-марафон, пока не захочется просто уползти друг от друга и пару-тройку недель не встречаться.
- Давай же… - бормочет Дженсен в надежде, что Джаред поймет правильно. – Пожалуйста…
Его переворачивают одним рывком, и теплая грудь наваливается на перетянутую завязками корсета спину. У Джаред горячий толстый член, который скользит между его ягодиц слишком правильно и слишком долго, Дженсен ноет от нетерпения, вжимаясь задом ему в пах.
Парень под ним горячий и нетерпеливый, так трется ягодицами о его болезненно возбужденный член, что Джаред всерьез опасается за свою выдержку. Он рычит и сильно кусает в шею, а потом отплевывается от светлых волос, набившихся в рот. Сейчас не полнолуние, и его укусы неопасны, но парень вскрикивает и дергается.
Его трясет от возбуждения, кажется, он сейчас просто взорвется, если ничего не сделает. Он проводит кончиками пальцев между ягодиц своей "пастушки" и прикусывает губу. Слишком тесно, нельзя просто взять и... Джаред подтягивает парня за бедра вверх, хмыкая в ответ на его богатый словарный запас. Тот матерится, когда колени трутся обо все неровности, но послушно разводит ноги шире. Он наклоняется и широко лижет бледную ягодицу. Парень взвизгивает, дрожит, но потом, смирившись, роняет голову на руки.
Джаред лижет жадно, мокро, раскрывает парня, ныряет языком внутрь, кружит по стенкам, чувствуя ответную пульсацию и слыша хриплый вой. И точно знает, что на этот раз эти звуки издает не он. Парень начинает дышать тяжелее, хватается за свой член и быстро двигает кулаком. Джаред перехватывает руку и напоследок проводит языком вдоль расселины до самых яиц.
И все. Он спускает штаны, чуть вздрагивая от прохлады ночного ветра на ягодицах, поудобнее перехватывает парня за бедра и толкается вперед, преодолевая сопротивление мышц. Какое проклятие? Он думать ни о чем не может, слишком жарко и хорошо. Его нечаянный любовник издает немыслимые звуки, скребет землю, пытаясь найти опору и толкается назад, насаживается сильнее сам. Парик сползает, обнажая сильную, загорелую шею. Он тычется в нее носом, вдыхая одуряющий запах, слизывает пот и снова и снова царапает зубами кожу. Волк внутри требует сильнее, жестче, и он с радостью подчиняется, не встречая ни малейшего сопротивления.
Джаред отпускает себя, перестает контролировать, и Дженсену приходится подстраиваться под бешеный ритм, с которым член ходит внутри него, растрахивая, доводя до предела. Джаред не эгоист – кладет горячую ладонь на его член и жестко контролирует подачи. Быстро-медленно-быстро-быстро и можно еще раз, прежде чем снова сбавить скорость.
Дженсен впервые кончает так: с тяжелым, громким, протяжным стоном, больше похожим на вой. Обычно он молчит. Может, не считает нужным уподобляться не в меру страстным любовникам, растрачивая силы на показные стоны, сбивающие весь настрой. Но Джаред вышибает из него остатки разума, и Дженсен впервые наслаждается собственным криком, мысленно четвертуя свое тело за фатальное предательство.
Они кончают с небольшим промежутком: первенство у Дженсена. Джаред позади рычит, утробно стонет и больно цепляется за Дженсена ногтями, оставляя следы-полумесяцы на ягодицах.
*
В небе светит полная луна, но теперь Джареду она не опасна. Он выходит на крыльцо и привычно втягивает в себя запахи ночи: деревьев, сочной зелени и тот самый, долгожданный. Он улыбается. Если бы он по-прежнему был волком, то сейчас обязательно махал бы хвостом.
Дженсен появляется через несколько минут после того, как он его учуял. На нем штаны и светлая рубашка и, конечно, Джаред не спутал бы его ни с кем, даже не будь у него такого зрения.
Он ловит Дженсена, еще не успевшего подняться на крыльцо, обнюхивает и радостно поскуливает. Чертовы постыдные привычки волка. Но тот вовсе не против. Смеется и позволяет обнюхивать, трогать, тереться о себя.
- Пойдем в дом или прямо здесь? - спрашивает Джаред. Он не против повалить Дженсена прямо на землю, но тот точно будет возражать. А он не какой-то невоспитанный оборотень, может и подождать. Пару минут, пока не закроется дверь.
Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
Спойлер!На данный момент Демонов лучше всего иллюстрирует не Ария, а Отто Дикс: "Я знаю все, о чем ты мечтаешь, что ты стыдливо себе запрещаешь. Мне бесполезно сопротивляться, проще и правильней сразу же сдаться" Не знаю, насколько спойлерно, но мне полегчало А продолжение скоро будет. Может, даже сегодня
Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
Систер пригласила в недавно открытые почти у самого дома "Палки". Будем отмечать мой день Ангела. То есть, конечно, сначала написать НЦу, а потом уже можно идти праздновать)
И песня, конечно же Надеюсь, мы не будем в итоге зажигать с пьяными трансами
Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
Наткнулась сейчас В Контакте на радио-постановку рассказа "Смертные боги", автор Кард Орсон Скотт. Честно говоря, не люблю фэнтези, а тут просто до дрожи пробрало. Ощущение какое-то странное, как пыльным мешком стукнута. У меня даже словарный запас иссяк. Понравилось.
Ретроградный Меркурий закончился. Теперь опять все только из-за тебя.
Что-то подозрительно зашевелились мои бывшие одногруппнички. Одни вот на встречу зовут, другой пишет: "***, привет! Пишу, потому что, знаю что ты человек творческий и тебя это может заинтересовать". Откуда он знает? Я ему гаредраки свои не показывала, песни у костра не пела - а туда же Если вы не страдаете паранойей, это еще не значит, что они за вами не следят
А вообще, не хочу я что-то обсуждать, что у кого и как. Скууука