Автор: Aya-sama
Фандом: Люди Икс: Первый класс (РПС АУ)
Пейринг: Майкл Фассбендер/Джеймс Макэвой
Рейтинг: NC-17
Жанр: PWP
Размер: драббл по рамкам ФБ (846 слов)
Дисклеймер: не претендую. Во время съемок ни один Мэттью Вон не пострадал.
Все герои являются совершеннолетними.
Саммари: По мотивам этого поста и небольшого упороса, который мы устроили с Малахит сегодня в скайпе по этому поводу. Студенты Джеймс и Майкл "по приколу" снимают хоум-видео
От автора: для моего сокинкера и бро Малахит с любовью и всяческими гнусностями
читать дальше- Будет весело, - говорит Майкл и плескает в бокалы еще немного отвратительного дешевого виски. А может, и не виски вовсе - кто знает, где он раздобыл эту дрянь.
- Мы отлично развлечемся, - обещает Майкл и поглаживает Джеймса по колену, выписывает круги все выше и выше по внутренней стороне бедра. Джеймс ежится от ощущений и от того, как прохладный воздух задевает кожу - из-за перекошенной рамы из окна ощутимо сквозит.
- Тебе понравится, потом посмотрим вместе. Прикинь, сможем подрочить, глядя на то, как мы же с тобой трахаемся, - уговаривает Майкл и горячо дышит в ухо.
Джеймс снова ежится: с одной стороны ему холодно, с другой жарко, и рука Майкла, такая горячая, вовсю мнет его ширинку. От выпитого Джеймс расслабленный и благодушный, ему совершенно не хочется спорить, хочется валяться на диване и лениво целоваться. И, может, трахаться, но только бы не шевелиться. Майкл может трахнуть его, заснять на видео, если хочет, а Джеймс полежит вот так, раздвинув ноги, и получит свое удовольствие.
- Ладно, - вяло отпихивает он руку Майкла. - На что только ты собираешься снимать, Тарантино?
- Сейчас к Мэтту схожу, - сияет Майкл и кое-как сползает с дивана. - Никуда не уходи, так и лежи.
Джеймс фыркает - он никуда и не собирался - и представляет себе лицо Мэтта, когда к нему ввалится пьяный Майкл, всклокоченный, без футболки, и потребует одолжить камеру. Можно расслабиться и даже спокойно выспаться, потому что Мэтт никогда не отдаст свою камеру, особенно обдолбанному Майклу. Но Джеймс не успевает даже задремать, потому что в комнату врывается Майкл, довольный и гордый, как неандерталец, притащивший в свою пещеру мамонта.
- Он хоть жив? - лениво интересуется Джеймс.
- Что? - не сразу въезжает Майкл, а потом нетерпеливо отмахивается. - Да что ему сделается? Давай, детка, покажи класс. Я включаю.
В другое время Джеймс бы обязательно высказал ему: и за детку, и за класс, - но сейчас ему так лень, что даже огрызаться не хочется. Двигаться не хочется тоже, но лучше встать и сделать то, что от него требуется, а то ведь Майкл не отстанет. Джеймс поднимается и покачивается, стоя на коленях и улыбаясь прямо в камеру, которую Майкл держит в дрожащей руке. У них будет то еще видео: трясущееся, с одного ракурса и... А как, интересно, Майкл собирается одновременно записывать и трахаться? Не переставая снимать, тот протягивает руку и гладит Джеймса по губам пальцами. Как тут удержаться и не облизать их? Вот Джеймс и вылизывает, а потом и всасывает в рот, надеясь, что на записи это будет выглядеть не так глупо.
- Давай, потрогай себя, - хриплым голосом просит Майкл, и Джеймс добавляет одно очко в свою пользу, хмыкает и откидывается на спину, медленно расстегивает молнию на своих джинсах и сует внутрь ладонь. Слишком тесно и совершенно неудобно, да и на видео будет ничего невозможно разглядеть, но Джеймсу нравится дразнить Майкла, нравится смотреть, как мутнеет взгляд, прикованный к нему одному. Майкл уже даже в камеру не смотрит, снимая непонятно что. Джеймс снова улыбается ему, прогибается в спине и призывно раздвигает ноги.
- Черт возьми! - ругается Майкл и сбивчиво шепчет. - Сейчас, сейчас, погоди. Не трогай, замри так! Сейчас я только камеру...
Кое-как ставит камеру на стол и возвращается на диван. Ему явно не хватает сил и выдержки договорить. А Джеймс ликует, глядя в безразличный глазок камеры. Ликует, пока Майкл покрывает его лицо, шею и плечи быстрыми поцелуями. Ликует, когда тот сдирает с него джинсы и когда, чертыхаясь, ищет завалившуюся куда-то между простыней и подушками смазку. А потом Джеймсу становится не до того, потому что Майкл чертовски большой и грубый, и совершенно безжалостный, а у Джеймса расползаются колени, и больше нет сил смотреть в камеру. Он опускает голову и пытается подаваться назад, встречая каждый толчок, но только мотыляется туда-сюда беспомощной куклой в руках Майкла. И это так заводит, что, кажется, он кончит, даже не прикоснувшись к себе.
- Че-е-ерт, - стонет Джеймс, и Майкл что-то согласно мычит сверху, вгоняя в него член снова и снова, пока не кончает глубоко внутри и не наваливается сверху. Джеймс, лишенный опоры, кулем валится вперед, утыкается лицом в сбитую простынь и быстро трахает свой кулак. Ему не хватает воздуха, да еще и Майкл давит всем весом. И он не знает, успеет ли кончить до того, как задохнется. Зато оргазм такой силы, что он даже отключается на несколько минут, а приходит в себя уже лежа на боку с Майклом, крепко прижимающимся грудью к его спине.
- Я же говорит, что отлично получится, - Майкл явно замечает, что он очнулся.
- Завтра увидим, что там у тебя получилось, великий режиссер, - бормочет Джеймс. Глаза слипаются, от выпитого и от хорошего секса все тело такое тяжелое, неповоротливое, и даже мыслей почти не остается. Но кое-что нельзя забыть. - Не вздумай отдать Мэтту камеру, пока не скинем запись на компьютер, а то он вряд ли позволит тебе к ней снова прикоснуться. Если не устроит ее ритуальное сожжение под нашей дверью.
- Все потому, что он ботаник и понятия не имеет, для чего ее можно использовать, - Майкл зевает ему в ухо и засыпает, не успев ничего добавить, но Джеймс сам понимает, что уж они-то еще не раз используют камеру правильно.